Посольство Российской Федерации в Турецкой Республике
Тел.: +90-312-439-21-83 ( с 9:00 до 12:00 )
Тел.: +90-312-441-83-60 (Протокол)
/
03 июня

Выставка «80 лет с начала Великой Отечественной войны»

22 июня 2021 года исполняется 80 лет со дня начала самой кровопролитной и жесточайшей в мировой истории Великой Отечественной войны, унесшей жизни свыше 26 миллионов наших соотечественников. Советский народ, пройдя через тяжелейшие испытания и лишения в борьбе против немецко-фашистских захватчиков, отстоял свою Родину, освободил европейские государства и спас мир от смертоносной идеологии нацизма. Беспримерный подвиг советских солдат навсегда вошел в мировую историю.

Москвичи слушают по радио заявление Советского правительства о вероломном нападении фашистской Германии на Советский Союз

Фото: Халдей Евгений Ананьевич, Москва, 22 июня 1941 г., Российский государственный архив кинофотодокументов

   

Глубинные причины Второй мировой войны во многом вытекают из решений, принятых по итогам Первой мировой. Версальский договор стал для Германии символом глубокой несправедливости. Фактически речь шла об ограблении страны, которая обязана была выплатить западным союзникам огромные репарации, истощавшие её экономику.

Одним из важнейших итогов Первой мировой войны стало создание Лиги наций. Однако Лига наций, в которой доминировали державы-победительницы – Великобритания и Франция, продемонстрировала свою неэффективность и просто потонула в пустых разговорах. В Лиге наций, да и вообще на европейском континенте не были услышаны неоднократные призывы Советского Союза сформировать равноправную систему коллективной безопасности. Лига наций не смогла предотвратить и конфликты в различных частях мира, такие как нападение Италии на Эфиопию, гражданская война в Испании, агрессия Японии против Китая, аншлюс Австрии. А в случае Мюнхенского сговора, в котором помимо Гитлера и Муссолини участвовали лидеры Великобритании и Франции, с полного одобрения Совета Лиги наций произошло расчленение Чехословакии. 

В разделе Чехословакии заодно с Германией действовала и Польша. Они заранее и вместе решали, кому достанутся какие чехословацкие земли. 20 сентября 1938 года посол Польши в Германии Ю.Липский сообщил министру иностранных дел Польши Ю.Беку о следующих заверениях Гитлера: «… в случае, если между Польшей и Чехословакией дело дойдёт до конфликта на почве наших интересов в Тешине, рейх станет на нашу [польскую] сторону». Главарь нацистов даже давал подсказки, советовал, чтобы начало польских действий «последовало бы только лишь после занятия немцами Судетских гор…» 


Донесение посла Польши в Германии Ю. Липского министру иностранных дел Польши Ю. Беку. 20 сентября 1938 г. по итогам встречи с А.Гитлером, в ходе которой обсуждался вопрос отторжения Польшей территории Чехословакии (районы Силезии, прежде всего, Тешинская область), была достигнута договоренность о совместных действиях.

В это время СССР являлся сторонником тесного сотрудничества с Чехословакией и, согласно договору о взаимопомощи от 16 мая 1935 года, был готов в случае необходимости прийти на выручку своему союзнику.


Проект решения Политбюро ЦК ВКП(б) об оказании СССР помощи Чехословакии в случае выполнения Францией своих союзнических обязательств, 20 сентября 1938, Российский государственный архив социально-политической истории


Вместе с тем выполнение обязательств СССР по оказанию военной помощи ЧСР затруднялось отсутствием общих границ. Польша была категорически против прохода войск Красной армии через ее территорию.


(Скачать)Шифртелеграмма полпреда СССР во Франции Я.З. Сурица в НКИД СССР о беседе с премьер-министром Франции Э. Даладье о проблемах франко-советского военно-технического сотрудничества и позиции Польши и Румынии в случае нападения Германии на Чехословакию, 25 мая 1938, Архив внешней политики Российской Федерации Историко-документального департамента МИД России


29 сентября 1938 года в Мюнхене открылась международная конференция с участием глав правительств Германии, Великобритании, Италии и Франции. Представители Чехословакии, чья судьба решалась лидерами четырех держав, по настоянию Адольфа Гитлера были отстранены от переговоров. А представителей СССР в Мюнхен вообще не пригласили, что выглядело как попытка изолировать Москву от участия в большой европейской политике.


Обсуждение условий Мюнхенского соглашения, 29 сентября 1938 г., Российский государственный архив кинофотодокументов

В результате переговоров 30 сентября 1938 года было подписано Мюнхенское соглашение, позволявшее германским войскам оккупировать Судетскую область ЧСР и предусматривавшее обязательство чехословацкого правительства в трехмесячный срок удовлетворить территориальные притязания Польши и Венгрии. Британия, а также Франция, которая была тогда главным союзником чехов и словаков, предпочли отказаться от своих гарантий и бросить на растерзание эту восточноевропейскую страну. Не просто бросить, а переправить военную армаду нацистов на восток с прицелом на то, чтобы Германия и Советский Союз неизбежно бы столкнулись.


Н. Чемберлен подписывает Мюнхенское соглашение 29 сентября 1938 года, Мюнхен, 29 сентября 1938 г., кадр кинохроники, Российский государственный архив кинофотодокументов


Э. Даладье подписывает Мюнхенское соглашение 29 сентября 1938 года, Мюнхен, 29 сентября 1938 г., кадр кинохроники, Российский государственный архив кинофотодокументов

Уже после окончания конференции британский премьер-министр попросил еще об одной встрече с Гитлером, которая состоялась в тот же день, 30 сентября 1938 года, в мюнхенской квартире германского фюрера. Во время этой встречи по инициативе Чемберлена была подписана англо-германская декларация. В документе содержалось обязательство сторон не воевать друг с другом и решать все спорные вопросы путем проведения консультаций, чтобы таким образом содействовать укреплению мира в Европе. 


Премьер-министр Великобритании Н. Чемберлен, рейхсканцлер Германии А. Гитлер и его личный переводчик П. Шмидт во время беседы об англо-германском соглашении, Российский государственный архив кинофотодокументов


Англо-германская декларация о ненападении, Российский государственный архив кинофотодокументов


Мюнхенский сговор показал Советскому Союзу, что западные страны будут решать вопросы безопасности без учёта его интересов, а при удобном случае могут сформировать антисоветский фронт. Концепции политики «коллективной безопасности» был нанесен сокрушительный удар.


Германская пехота входит в Чехословакию, 1 октября 1938 г., Российский государственный военный архив  


Польская пехота в чешском городе Тршинец, Российский государственный архив кинофотодокументов


6 декабря 1938 года министр иностранных дел Германии Иоахим фон Риббентроп прибыл с визитом в Париж, где была подписана франко-германская декларация о ненападении. По существу, это означало, что Франция фактически «развязывала руки» Гитлеру, давая ему возможность реализовать планы немецкой военщины в Восточной Европе.


Франко-германская декларация 6 декабря 1938 года. Министр иностранных дел Германии Иоахим фон Риббентроп делает сообщение для прессы; рядом министр иностранных дел Франции Ж. Бонне, Париж, 6 декабря 1938 г., Российский государственный архив кинофотодокументов



Франко-германская декларации о ненападении, Российский государственный архив кинофотодокументов


С конца апреля – начала мая 1939 г. высшее германское руководство начало предпринимать действия по улучшению германо-советских отношений. Вместе с тем, несмотря на двуличную позицию стран Запада, Советский Союз до последней возможности старался использовать любой шанс для создания антигитлеровской коалиции. По линии разведслужб советское руководство получало подробную информацию о закулисных англо‑германских контактах летом 1939 года. Они велись весьма интенсивно, причём практически одновременно с трёхсторонними переговорами представителей Франции, Великобритании и СССР, которые западными партнёрами, напротив, сознательно затягивались. 


Встреча военных миссий Великобритании и Франции на Ленинградском вокзале Москвы, Архив внешней политики Российской Федерации


В отличие от англичан и французов советскую делегацию возглавили высшие руководители Красной Армии, которые имели все необходимые полномочия «подписать военную конвенцию по вопросам организации военной обороны Англии, Франции и СССР против агрессии в Европе». 


Полномочия наркома обороны СССР и главы советской военной миссии К.Е. Ворошилова на англо-франко-советских военных переговорах в Москве, Архив внешней политики Российской Федерации


Свою роль в провале переговоров сыграла Польша, которая не хотела никаких обязательств перед советской стороной. Даже под давлением западных союзников польское руководство отказывалось от совместных действий с Красной Армией в противостоянии вермахту.

(Скачать)Письмо наркома иностранных дел СССР М.М. Литвинова полпреду СССР в Германии А.Ф. Мерекалову о срыве подписания декларации четырех держав, англо-французской политике в отношении СССР и настроениях в правящих кругах Германии в связи с заявлением правительства Великобритании о предоставлении гарантий Польше, 4 апреля 1939, Архив внешней политики Российской Федерации Историко-документального департамента МИД России.


13 июля 1939 года французский военный атташе в СССР Палас обратился к Даладье с запиской о стратегической обстановке на востоке Европы и ее вероятном влиянии на позицию правительства СССР по вопросу заключения англо-франко-советского договора о взаимопомощи:

"Польша полностью изолирована от своих союзников, Франции и Англии, как это было с Чехословакией. По своей собственной воле она лишилась, на сегодняшний день, эффективной советской военной помощи, отказав в любом прохождении войск по своей территории… Мне кажется все более и более очевидным, что эти соображения не ускользнули и от советских военных, и от г-на Сталина, внешняя политика которого с каждым днем все отчетливей направлена на защиту российских государственных интересов. Став в 1938 г. свидетелем того, что его соглашения о взаимопомощи с Францией и Чехословакией остались простым клочком бумаги, потому что они не были подкреплены военными договорами и потому что мы, кажется, постоянно уклонялись даже от простых трехсторонних встреч [представителей] штабов, СССР, конечно, не собирается сегодня совершать те же самые ошибки.

СССР, как он многократно высказывал это, в том числе и перед открытием нынешних переговоров, согласится подставить себя под удар Германии только при условии удовлетворительного решения военной проблемы, в том случае, если он сочтет [совместные] действия достаточно подготовленными и согласованными, чтобы поверить в успех и считать себя защищенным.

Настороженность и недоверие, возникшие в ходе переговоров, исчезнут только в случае выработки четких договоренностей, устанавливающих обязанности каждого в случае агрессии.

Я не думаю, что СССР, изучив военную проблему, отныне согласится подписать и выполнять политический договор, если не будет убежден в том, что соглашение может быть заключено на основе военных договоренностей, надежно укрепляя, несмотря на всю упомянутую сложность, прочность восточного фронта".

Генерал Палас призвал свое правительство к конкретным военным и политическим действиям ради установления "союза с Россией с целью создания группировки сил, действительно способной остановить агрессию, и, быть может, избежать войны". Очевидно, не очень веря в то, что к его мнению прислушаются, он завершил записку следующим невеселым прогнозом: "Наконец, позволю себе добавить, что считаю вполне возможным, что, если нам не удастся быстро договориться, то мы увидим, что СССР сначала самоизолируется, заняв нейтральную выжидательную позицию, а затем добьется соглашения с Германией на основе раздела Польши и прибалтийских стран".


(Скачать)Записка французского военного атташе в СССР О.-А. Паласа о стратегической обстановке на востоке Европы и ее влиянии на позицию правительства СССР по вопросу заключения англо-франко-советского договора о взаимопомощи (c приложением карты стратегических коммуникаций), 13 июля 1939, Российский государственный военный архив.


Многое становится ясным, если почитать донесение французского военного атташе в Варшаве Мюсса премьер министру Франции Даладье. Он, в частности, пишет о том, что на него возложена миссия ввести польский генштаб в курс военных переговоров с Москвой и рассказать им о предложениях русских. А русские выдвигают одно условие: поляки должны пропустить их через свою территорию воевать с немцами.

Мюсс сообщает, что 17 августа в 21 час в Варшаву прибыл капитан Бофр, присланный тайно генералом Думенком из Москвы: "Он устно передал мне все полезные детали о ходе переговоров в Москве. Из его сообщения следовало, что переговоры застыли на мертвой точке. Они практически прерваны. Их возобновление зависит от благоприятного ответа польского генштаба и, наконец, что время торопит, и это возобновление не может быть отсрочено далее, чем на 20 или 21 августа".

И дальше пишет, что на следующий день встретился с начальником Главного штаба польской армии генералом Стахевичем. Тот слушал с большим вниманием, не перебивая и делая многочисленные заметки. На большинство доводов французского атташе не произнес ни одного возражения. "Потом выразил удивление и недоверие в отношении предложений русских". В частности, Стахевич сказал: "Я не могу поверить, что русские действительно хотят сражаться с немцами. Им так удобно оставаться на втором рубеже…". Мы долго дискутировали, я вновь излагал мои аргументы, я так же настаивал на опасности провала переговоров в Москве. Он это не оспаривал, сожалея о том, что мы оказались в тупике. Что касается согласия на предложение русских, он видел его в самых мрачных красках... Стахевич: "Если русские будут на нашей территории, они там и останутся. Даже победив, Польша потеряет часть своей территории". В конечном счете он заключил: такое решение выходит за пределы моих полномочий.

На следующий день, 19 августа, повторилось примерно то же. Только в беседе принял участие уже и британский военный атташе. И опять поляки категорически отказались пропустить советские войска через свою территорию. Смысл этих длинных диалогов примерно такой: мы с вами цивилизованные люди, а русским верить нельзя. Третья беседа состоялась 20 августа с тем же результатом.

Заявление, которое появилось в прессе Германского информационного бюро о предстоящем заключении германо-советского договора о ненападении и поездке Риббентропа в Москву 23 августа, произвело в Варшаве эффект разорвавшейся бомбы.

Резюме: тогдашнее польское руководство не хотело никаких союзных обязательств или нормальных взаимодействий с Красной армией и Советским Союзом. Оно считало, что справится самостоятельно. И что французы и англичане помогут.

Французский посол 23 августа в Варшаве предпринял спешный демарш в отношении Бека (польского министра иностранных дел). Министр, казалось, дрогнул, но попросил дать отсрочку с ответом. Новая встреча состоялась днем 23 августа. На этой второй встрече Бек уступил, не преминув вновь продемонстрировать глубокую неприязнь, которую испытывают поляки в отношении ввода советских войск. Он согласился на следующую формулировку: "Мы (то есть поляки, французы и англичане) достигли уверенности, что в случае совместных действий против германской агрессии сотрудничество между Польшей и СССР, при технических условиях, которые надлежит определить, не исключено (или возможно)". Но было уже поздно.


(Скачать)Из донесения французского военного атташе в Польше Ф. Мюсса премьер-министру Франции Э. Даладье – о влиянии Польши на ход и итоги англо-франко-советских военных переговоров по созданию единого антифашистского фронта сопротивления , 24 августа 1939, Российский государственный военный архив


Изложенные выше обстоятельства подвели Советский Союз к подписанию 23 августа 1939 г. Договора о ненападении с Германией. СССР фактически сделал это последним из стран Европы, причём на фоне реальной опасности столкнуться с войной на два фронта – с Германией на западе и с Японией на востоке, где уже шли интенсивные бои на реке Халхин Гол.

Немецкое наступление на Польшу развивалось в полном соответствии с доктриной блицкрига. Несмотря на ожесточённое, героическое сопротивление польской армии, уже через неделю после начала войны, 8 сентября 1939 года, германские войска были на подступах к Варшаве. А военно политическая верхушка Польши к 17 сентября сбежала на территорию Румынии, предав свой народ, который продолжал вести борьбу с захватчиками.

Западные союзники не оправдали польских надежд. После объявления войны Германии французские войска продвинулись всего на несколько десятков километров в глубь немецкой территории. Более того, англо французский Верховный военный совет, впервые собравшийся 12 сентября 1939 года во французском Абвиле, принял решение вовсе прекратить наступление ввиду быстрого развития событий в Польше. Налицо – прямое предательство со стороны Франции и Англии своих обязательств перед Польшей.

Сразу после нападения на Польшу в первые сентябрьские дни 1939 года Берлин настойчиво и неоднократно призывал Москву присоединиться к военным действиям. Однако советское руководство подобные призывы игнорировало и втягиваться в драматически развивающиеся события не собиралось до последней возможности. Лишь когда стало окончательно ясно, что Великобритания и Франция не стремятся помогать своему союзнику, а вермахт способен быстро оккупировать всю Польшу и выйти фактически на подступы к Минску, было принято решение ввести утром 17 сентября войсковые соединения Красной Армии в так называемые восточные кресы – ныне это части территории Белоруссии, Украины и Литвы. Очевидно, что других вариантов не оставалось. В противном случае риски для СССР возросли бы многократно, поскольку старая советско польская граница проходила всего в нескольких десятках километров от Минска, и неизбежная война с нацистами началась бы для страны с крайне невыгодных стратегических позиций.

Именно тот факт, что Советский Союз до последней возможности стремился избежать участия в разгорающемся конфликте и не хотел играть на стороне Германии, привёл к тому, что реальное соприкосновение советских и немецких войск произошло гораздо восточнее оговорённых в секретном протоколе рубежей. Не по Висле, а примерно по так называемой линии Керзона, которая ещё в 1919 году была рекомендована Антантой в качестве восточной границы Польши.

Между тем, в Москве понимали, что перед ней непримиримый и жестокий враг, что скрытая война с нацизмом уже идёт.

К июню 1941 г. Вторая мировая война, втянув в свою орбиту около 30 государств, вплотную подошла к границам Советского Союза. На Западе не оказалось силы, которая могла бы остановить армию нацистской Германии, к тому времени оккупировавшую уже 12 европейских государств. Очередной военно-политической целью – главной по своему значению – был для Германии разгром Советского Союза.

Принимая решение о развязывании войны с СССР и делая ставку на «молниеносность», германское руководство намеривалось завершить ее к зиме 1941 г. В соответствии с планом «Барбаросса» у границ СССР была развернута гигантская армада отборных, хорошо обученных и вооруженных войск. Германский генеральный штаб сделал главную ставку на сокрушающую мощь внезапного первого удара, стремительность броска концентрированных сил авиации, танков и пехоты к жизненно важным политическим и экономическим центрам страны.

Закончив сосредоточение войск, Германия рано утром 22 июня без объявления войны напала на нашу страну, обрушив шквал огня и металла. Началась Великая Отечественная война Советского Союза против немецко-фашистских захватчиков.

Долгих 1418 дней и ночей народы СССР шли к победе. Неимоверно труден был этот путь. Сполна познала наша Родина и горечь поражений, и радость побед. Особенно тяжелым был начальный период. 

Подробнее о начальном периоде Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.




Вступление германских войск в Гродно, Белорусская ССР, Июнь 1941 г., Российский государственный архив кинофотодокументов


 «Длинный ряд преступлений против мирного населения временно захваченных немецко-фашистскими преступниками районов Советского Союза, Чехословакии, Польши, Югославии и Греции не может быть исчерпан даже в самом подробном докладе. Можно выделить только наиболее типичное в тех жестоких, подлых и расчетливых приемах, к которым прибегали главные преступники, замышлявшие преступления, и те, кто эти преступления выполняли. Те, кто находится ныне на скамье подсудимых, освободили от «химеры, именуемой совестью», сотни тысяч и миллионы преступников. Они воспитали этих преступников, создали им атмосферу безнаказанности и натравили своих кровавых собак на мирных людей. Они глумились над совестью и достоинством человека. Но к совести мира взывали те, кого травили в «душегубках» и газовых камерах, кого разрывали на куски, те, чьи тела сжигали в печах крематориев и пепел развеивали по ветру. Мы не можем теперь назвать даже многие из мест захоронений миллионов злодейски умерщвленных невинных людей. Но на сырых стенах газовых камер, на местах расстрелов в фортах смерти, на каменных плитах в тюрьмах и казематах мы до сих пор можем различить полные глубокой душевной боли, взывавшие о возмездии короткие записи обреченных на смерть людей. И пусть помнят живые эти запечатленные на камне голоса жертв немецко-фашистского террора, взывавших перед смертью к совести мира, о справедливости и о возмездии».

 Из речи помощника Главного обвинителя от СССР на Нюрнбергском процессе Л.Н. Смирнова о преступлениях обвиняемых против мирного населения. 19 февраля 1946 г.

 

Угон местного населения в Германию. (1941–1943 гг.), Росархив








Акт специальной комиссии о вскрытии и обследовании расстрельного рва в северо- восточной части г. Джанкоя Крымской АССР. 19 мая 1944 г., Росархив


Докладная записка зам. народного комиссара государственной безопасности СССР Б.З. Кобулова секретарю ЦК ВКП(б) А.С. Щербакову о злодеяниях немецко-фашистских войск в г. Таганроге в период оккупации. 15 октября 1943 г., Росархив


Спустя 75 лет после окончания Второй мировой войны, Росархив совместно с ФСБ, МВД и Минобороны России запустил интернет-проект, полностью посвящённый зверствам нацистов на территориях оккупированного Советского Союза: https://victims.rusarchives.ru/index.php/.

Выставка подготовлена на основе статьи Владимира Путина «75 лет Великой Победы: общая ответственность перед историей и будущим», опубликованной  19 июня 2020 года.