Посольство Российской Федерации в Турецкой Республике
Тел.: +90-312-439-21-83 ( с 9:00 до 12:00 )
/

Посол России А.В.Ерхов дал интервью телеканалу «СНН Тюрк»

03.06.2020

3 июня, в годовщину 100-летия установления российско-турецких отношений, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Турции А.В.Ерхов дал интервью телеканалу «СНН Тюрк», ответив на актуальные вопросы двустороннего взаимодействия, а также региональной повестки дня.


Сена Алкан: Сегодня в день 100-летия становления дипломатических отношений хотелось бы задать Вам вопросы по широкому спектру повестки дня. Это, конечно, российско-турецкое двустороннее сотрудничество, взаимодействие в Сирии, Ливии. Понятно, что в некоторых вопросах мы находимся на противоположных сторонах. Однако при этом мы стремительно развиваем эффективное сотрудничество. Как нам это удается?

Алексей Ерхов: Действительно, сегодня исполняется ровно сто лет с того момента когда молодая советская республика дала согласие на инициативу Мустафы Кемаля Паши на установление дипломатических отношений. Конечно, за эти сто лет было много всего: и знаменательные события, и достаточно трудные времена.

Были и многочисленные уроки, которые наши две страны смогли вынести за эти сто лет. Главный из этих уроков, я убежден, состоит в том, что наши страны, Россия и Турция, несмотря на все разногласия, должны проводить линию на то, чтобы мудро, с доброй волей решать имеющиеся между ними проблемы в духе согласия, в духе уважения взаимных интересов; абстрагируясь от этих разногласий, вести дело к всемерному развитию, укреплению двусторонних отношений во всех областях.

Тем более что и у России, и у Турции имеются очень серьезные интересы, которые объективно толкают нас развивать связи в самых различных областях. Эти области многочисленны: и торговля, и реализация совместных проектов – для меня, например, символом таких проектов является строительство атомной электростанции «Аккую». Это и туризм, и важнейшее сотрудничество, которое наши две страны осуществляют в международных и региональных делах.

В общем, встречая эту столетнюю годовщину, мы с оптимизмом смотрим в будущее двусторонних отношений.

Сена Алкан: Африканское командование войск США опубликовало данные о направлении Россией самолетов в Ливию. Выходили новости о том, что с Мальты осуществлялся трансфер фальшивых денег в Ливию. ЧВК Вагнер в Ливии, мы это знаем. Есть открытые призывы ООН. Что Россия делает в Ливии?

Алексей Ерхов: Я думаю, что мой ответ будет даже несколько короче, чем ваш вопрос. Потому что многое из того вы перечислили может быть отнесено даже не столько к сфере реальности, сколько к сфере виртуальности. Понимаете, когда действительно имеет место такой серьезный, болезненный региональный конфликт, как тот, который мы видим в Ливии, он всегда обрастает, как правило, целым сонмом, огромным количеством информационных и пропагандистских сообщений, преувеличений, а иногда и попусту «фейков».

В качестве примера можно привести ситуацию с этими деньгами, которые были замечены и задержаны на Мальте. Сейчас пытаются представить это как попытку России напечатать фальшивые деньги для Ливии для целого ряда различных целей, в том числе для подрыва финансовой системы этой истерзанной страны. А начинаешь разбираться в таких вещах, и выплывают другие совершенно очевидные и непреложные факты. Например, то, что Центральный банк Ливии имеет два отделения: одно в Триполи, другое в Бенгази. Оба они являются вполне официальными государственными учреждениями. И Россия не несет за это никакой ответственности. Контракт на печатание этих денег был заключен с Российской Федерацией в 2015 году. Россия выполнила контракт. Отправила деньги тому, кто заказал. Никаких провокационных действий здесь не наблюдается. И то же самое можно сказать о многих-многих других вопросах и темах, которые сейчас возникают в связи с вовлеченностью России в ливийские дела.

А что же мы ищем в этой стране? Если посмотреть внимательно, то окажется, что наши цели и те задачи, которые мы формулируем на текущем этапе, они достаточно схожи с теми целями и задачами, которые ставит перед собой и Турция. И Россия и Турция выступают за скорейшее прекращение боевых действий на всей территории Ливии. И Россия и Турция выступают за немедленное возобновление международного мирного переговорного процесса между участниками ливийского конфликта под международной эгидой, в соответствии с решениями Берлинской конференции и резолюцией ООН, которая одобрила берлинский документ. Думается это неплохая основа для того, чтобы наши страны работали вместе над ливийским урегулированием.

Сена Алкан: Изображения, которые опубликовало африканское командование войск США с российскими самолетами, Вы их считаете фейком?

Алексей Ерхов: Вы их спросите: где сейчас эти самолёты, что они делают, какие у них есть реальные доказательства того, что это действительно самолёты российские? Потому что, если обычно верить той самой «фейковой» пропаганде, то российские самолеты занимаются обычно тем, что бомбят госпитали, бомбят школы, другие социально важные объекты. Сейчас я что то такого не видел. Спросите американцев.

Сена Алкан: Почему Россия поддерживает Х.Хафтара, который был, скажем так, тренирован и обучен в Центральном разведывательном управлении. Нет ли здесь некой иронии судьбы?

Алексей Ерхов: Наверное, есть. Жизнь – штука сложная. Сегодня ты революционер, завтра ты террорист. И наоборот. Такое тоже бывало всегда. Диалектика и ее уроки, ее сюрпризы, видимо, заключаются как раз и в том, что нет ничего такого уж вечного. Все в движении, все в развитии, а уж в политике бывают всякие штуки.

Что же касается конкретно упомянутого Вами политического деятеля, именно политического деятеля все-таки, то должен сказать, что Россия поддерживает контакты со всеми основными участниками ливийского конфликта. У нас есть контакты с маршалом Х.Хафтаром, у нас есть контакты с Ф.Сараджем, с председателем тобрукского парламента Ливии А.Салихом. Но развивая все эти контакты, естественно, цель у нас одна – мир и спокойствие в этой многострадальной стране.

Сена Алкан: Ваш ответ напомнил мне очень популярную фразу в турецкой политике: «В политике 24 часа – это слишком большой период». Но перейдем к Сирии. Ранее Вы выражали обеспокоенность по поводу радикальных групп в Идлибе. В договоренностях от 5 марта речь идет о совместной борьбе, установлен хрупкий режим прекращения боевых действий. Какая ситуация в Идлибе сейчас?

Алексей Ерхов: Вы правы. Тишина, которая в целом воцарилась в провинции Идлиб после 5 марта текущего года, после решений, которые приняли Президент Российской Федерации В.В.Путин и Президент Турецкой Республики Р.Т.Эрдоган в Москве, тишина в целом сохраняется. Но правда и то, что время от времени эта тишина вновь прерывается стрельбой, взрывами, вновь прерывается инцидентами, которые порой носят достаточно опасный характер. Опять обстреливают позиции правительственных войск САР, опять пытаются атаковать нашу базу в Хмеймиме. Это тоже есть. Но в целом режим прекращения боевых действий сохраняется вот уже скоро как 3 месяца.

Несомненно, это позитивно. Но сама хрупкость и взрывоопасность сохраняющейся ситуации должна толкать всех участников, все заинтересованные стороны продолжать активно искать именно политическое урегулирование сирийского конфликта, потому что военного решения у него нет.

К сожалению, коронавирусная пандемия сейчас несколько сократила динамику той работы, которая велась и должна вестись на политическом треке. Но как только условия позволят, мы с нашими партнерами обязательно должны эту работу возобновить и активизировать.

Сена Алкан: Долгое время я, как и другие журналисты, задавала Вам практически один и тот же вопрос: «Что будет с С-400?» Сейчас я бы хотела его перефразировать: «Какова будет позиция России, если Турция не активирует эти комплексы С-400?»

Алексей Ерхов: Вы знаете, я очень не люблю отвечать на вопросы, которые носят гипотетический характер. Тем более, что речь идет о той сфере, в которой лишнее слово, лишний намек, лишняя запятая иногда очень важна в смысловом смысле. Поэтому я могу Вам ответить только в самом общем смысле. В том смысле, что решение о постановке того или иного оружия на боевое дежурство – это суверенное решение владельца этого оружия.

Турция приняла суверенное решение о том, что ей нужно закупить это вид вооружения в Российской Федерации. Хорошо, мы уважаем такое решение. Мы продали Турции то, что хотела купить у нас Турция. Теперь владельцем этих систем является Турция. И она будет принимать соответствующее решение.

Давайте упростим. Любое упрощение всегда чревато некорректностью, но тем не менее. Я автомобильный дилер. Вы ко мне приходите, хотите купить у меня автомобиль. Хорошо. Мы заключаем соглашение, вы платите деньги, я даю вам автомобиль и вручаю ключи. Автомобиль ваш. Вы можете поехать на нем на пляж, можете возить на нем картофель. Если хотите, вы можете приварить сверху пулемет и участвовать в боевых действиях. Но в конце концов и в гараж вы его поставить тоже можете. Это ваше решение.

Сена Алкан: Мы настолько привыкли к российским туристам, что на фоне коронавирусной инфекции мы очень глубоко ощущаем их отсутствие. Когда мы снова сможем увидеть их на территории Турецкой Республики?

Алексей Ерхов: Вы знаете, я думаю, что как турецкие отельеры мечтают и видят сны о том, когда вновь приедут российские туристы в Турцию, так и российские туристы видят такие же сны о том, как они едут в Турцию отдыхать. Наши страны заинтересованы в сотрудничестве, в том числе и в этой очень важной для обеих наших стран сфере.

Но вот пришла беда и случилось несчастье. Мы с большим вниманием следим за теми мерами, которые Турция принимает для скорейшего открытия туристического сезона и, соответственно, для охраны здоровья тех туристов, которые приедут. В то же время туристический поток будет обусловлен не только способностью Турции принять туристов, но и способностью других стран, в том числе России, направить туристов. А у нас в России ситуация с коронавирусной пандемией, как Вы знаете, тоже непростая, как и во многих других странах. Мы ведем с ним борьбу, борьбу в большинстве своем успешную, большинство людей выздоравливает. Но тем не менее эта борьба еще не закончена. Поэтому этот процесс займет еще какое-то время. Иншаалах, совместными усилиями мы достигнем успеха.